Рост экономической поддержки России, включая экспорт нефти и технологии двойного назначения, подпитывает московские военные усилия и подрывает Европу, несмотря на санкции и дипломатическое давление. China’s growing economic support for Russia, including oil exports and dual-use tech, fuels Moscow’s war effort and frustrates Europe, despite sanctions and diplomatic pressure.

По мере того как Украина вступила в пятый год войны, Европа все больше разочаровывается из-за углубления экономической и технологической поддержки России, что стало решающим фактором для московских военных усилий. As Ukraine’s war enters its fifth year, Europe is increasingly frustrated by China’s deepening economic and technological support for Russia, which has become crucial to Moscow’s war effort. Хотя Китай не предоставил прямой военной помощи, на него в настоящее время приходится более 40% экспорта нефти из России, он поставляет товары двойного назначения, такие как микроэлектроника, и облегчает торговлю рублями и юаней, помогая России избежать западных санкций. While China has not provided direct military aid, it now accounts for over 40% of Russia’s oil exports, supplies dual-use goods like microelectronics, and facilitates trade in rubles and yuan, helping Russia evade Western sanctions. Несмотря на расширенные санкции ЕС и дипломатическое давление, пробелы в правоприменительной деятельности ограничивают последствия, а прочные торговые связи - 785 млрд. долл. США в 2024 году - позволяют Европе проявлять осторожность в отношении эскалации мер. Despite expanded EU sanctions and diplomatic pressure, enforcement gaps limit impact, and strong trade ties—$785 billion in 2024—keep Europe cautious about escalating measures. Европейские должностные лица говорят, что стратегия Пекинс выгодна от отвлечения внимания Европы от Азии с минимальными экономическими последствиями до сих пор, в результате чего лидеры пытаются сбалансировать экономические интересы со стратегическими целями. European officials say Beijing’s strategy benefits from diverting European focus from Asia, with minimal economic fallout so far, leaving leaders struggling to balance economic interests with strategic goals.