Экономический подъем в Японии в феврале 2026 года был обусловлен сильным ростом производства и услуг, в то время как инфляция ослабла, что вызвало налоговые и политические реформы. Japan's economy surged in Feb 2026, driven by strong manufacturing and services growth, while inflation eased, prompting tax and policy reforms.

В феврале 2026 года экономика Японии продемонстрировала мощный импульс, при этом темпы роста в обрабатывающей промышленности за последние почти четыре года были самыми высокими, что было обусловлено высоким внутренним и зарубежным спросом, особенно в полупроводниках и связанных с АИ товарах. Japan's economy showed strong momentum in February 2026, with manufacturing expanding at its fastest pace in nearly four years, driven by robust domestic and overseas demand, particularly in semiconductors and AI-related goods. Кроме того, в секторе услуг с мая 2023 года отмечался рост, что способствовало созданию комплексной ИМС на самом высоком уровне. The services sector also grew, contributing to a composite PMI at its highest level since May 2023. Инфляция замедлилась в январе, когда основные потребительские цены выросли на 2,0% в год - самый слабый рост за два года - что способствовало ослаблению давления на Банк Японии. Inflation slowed in January, with core consumer prices rising 2.0% year-on-year—the weakest increase in two years—helping ease pressure on the Bank of Japan. Ожидается, что премьер-министр Санае Такаичи, вновь назначенный после решающей победы на выборах, предложит приостановить действие налога на потребление продовольствия на два года в целях снижения расходов на домашнее хозяйство, одновременно продвигая планы создания нового национального разведывательного агентства и обновляя стратегию внешней политики Японии в условиях региональной напряженности. Prime Minister Sanae Takaichi, reappointed after a decisive election win, is expected to propose suspending the consumption tax on food for two years to ease household costs, while advancing plans for a new national intelligence agency and updating Japan’s foreign policy strategy amid regional tensions.