Концерт K-pop в Куала-Лумпуре вызвал напряженность в интернете между фанатами Южной Кореи и Юго-Восточной Азии по поводу запретных камер и предполагаемого культурного неуважения. A K-pop concert in Kuala Lumpur sparked online tensions between South Korean and Southeast Asian fans over banned cameras and perceived cultural disrespect.

Концерт К-попа в Куала-Лумпуре, проведенный 31 января 2026 года, привел к серьезному онлайновому столкновению между южнокорейскими и юго-восточными азиатскими фанатами после того, как некоторые корейские участники использовали запрещенные профессиональные камеры, возбуждая жалобы на нарушение правил и воспринимая неуважение. A January 31, 2026, K-pop concert in Kuala Lumpur triggered a major online clash between South Korean and Southeast Asian fans after some Korean attendees used banned professional cameras, sparking complaints over rule-breaking and perceived disrespect. Фанаты Юго-Восточной Азии из Малайзии, Индонезии, Таиланда и Филиппин отошли назад, критикуя культурную нечувствительность и право на участие, в то время как южнокорейские пользователи защищали это поведение, что привело к горячим обменам, отмеченным стереотипами и враждебностью в интернете. Southeast Asian fans from Malaysia, Indonesia, the Philippines, and Thailand pushed back, criticizing cultural insensitivity and entitlement, while South Korean users defended the behavior, leading to heated exchanges marked by stereotypes and online hostility. Конфликт, усугубляемый социальными сетями, привел к тому, что фанаты Юго-Восточной Азии объединились под лейблом "SEablings", используя сатиру для того, чтобы опровергнуть представления о превосходстве и выделить региональный вклад в глобальный успех K-pops. The conflict, amplified by social media, saw Southeast Asian fans unite under the label "SEAblings," using satire to challenge perceptions of superiority and highlight regional contributions to K-pop’s global success. Этот инцидент отражает более широкую напряженность в отношении культурной собственности, уважения и цифровой идентичности в глобальном фанатизме. The incident reflects broader tensions over cultural ownership, respect, and digital identity in global fandom.